ЕС отложил оборонную группу Каллас из-за сопротивления Германии и Италии
Срыв инициативы показал, что ускорение европейской оборонной политики сталкивается не только с нехваткой ресурсов, но и с борьбой за управленческий контур.
Решение главы дипломатии ЕС Каи Каллас в последний момент отменить презентацию экспертной группы по вопросам обороны стало заметным управленческим сигналом для европейской политики безопасности. По данным dpa, запланированное на понедельник, 7 сентября, представление новой структуры было остановлено после возражений ряда правительств, включая Германию и Италию. Формально речь шла о процедурной корректировке: после консультаций с министрами обороны стран ЕС было решено не продолжать именно эту инициативу. По сути же эпизод выявил более глубокий конфликт о том, кто должен определять приоритеты европейского оборонного строительства и через какие институты.
Один из чиновников Евросоюза в Брюсселе поздно вечером 6 сентября пояснил агентству dpa, что некоторые государства-члены сочли инициативу несвоевременной. Экспертная группа должна была под руководством Каллас выработать предложения о том, как быстрее и эффективнее закрыть пробелы в военном потенциале Европы, а затем представить отчет с конкретными рекомендациями. В состав предполагалось включить ведущих политических и военных представителей нескольких стран ЕС, а также Великобритании и Украины. Участников планировали представить утром 7 сентября на стартовом мероприятии.
«Некоторые государства-члены сочли, что на данный момент это не является правильным шагом», — сообщил dpa чиновник Евросоюза в Брюсселе.
Корпоративная логика европейской обороны
Для деловой аудитории этот спор важен не только как дипломатический эпизод. Европейская оборонная политика все больше напоминает крупную трансграничную корпоративную трансформацию: есть стратегическая цель, дефицит мощностей, конкурирующие центры принятия решений и вопрос о том, кто контролирует инвестиционную повестку. В таком контексте экспертная группа Каллас могла стать своего рода проектным офисом высокого уровня, призванным ускорить выявление слабых мест и сформировать практические рекомендации для устранения разрывов в оборонных возможностях.
Однако сопротивление Берлина и Рима показывает, что не все ключевые акционеры европейского проекта готовы передавать дополнительную роль внешнеполитической службе ЕС. По информации dpa, одной из возможных причин отказа Германии называют критическое отношение Берлина лично к Каллас как к руководителю внешнеполитического ведомства. В оборонной политике власти ФРГ склонны опираться на процессы планирования в НАТО. Кроме того, сейчас Германия выступает за слияние значительной части Службы внешних связей ЕС, которую курирует Каллас, с Еврокомиссией.
Это делает отмену презентации не отдельным аппаратным сбоем, а симптомом борьбы за архитектуру управления. Если оборонное планирование остается преимущественно в натовской логике, роль структур ЕС ограничивается координацией, финансированием и промышленной политикой. Если же Брюссель создает собственные экспертные механизмы с участием Украины и Великобритании, возникает новый канал влияния, который может ускорить решения, но одновременно изменить баланс между национальными правительствами, Еврокомиссией, Службой внешних связей и НАТО.
Почему Германия смотрит на НАТО
Позиция Берлина выглядит особенно существенной, поскольку Германия остается одним из крупнейших игроков европейской оборонной и промышленной повестки. Склонность ФРГ опираться на натовские процессы планирования означает, что Берлин предпочитает уже существующий механизм оценки потребностей и распределения военных приоритетов. Для правительства это может быть способом избежать дублирования структур и сохранить совместимость с альянсом, где большинство стран ЕС уже участвуют.
Каллас, выступая 1 сентября после неформальной встречи министров обороны ЕС в ирландском Уиклоу, сама напоминала, что большинство стран Евросоюза одновременно являются членами НАТО. При этом она подчеркивала, что в оборонных возможностях альянса сохраняются пробелы, которые европейским странам необходимо восполнить. Ее аргумент строился на необходимости действовать быстрее на фоне растущего уровня угроз. Именно этим объяснялось и намерение привлечь Украину к поиску решений для укрепления оборонных возможностей Европы.
Киев должен был войти в новую группу высокого уровня вместе с высокопоставленными политиками и военными из стран Евросоюза и Великобритании. На той же встрече корреспондентка DW спросила Каллас, кто именно будет представлять Украину, напомнив, что бывший министр обороны Украины Михаил Федоров был привлечен Италией в качестве консультанта по вопросам обороны. Каллас тогда не назвала украинского представителя или представителей, заявив, что полный состав группы будет представлен 7 сентября.
Украинский фактор и цена задержки
Включение Украины в экспертный формат имело не только политическое, но и практическое значение. Каллас назвала Киев мировым лидером в области инноваций на поле боя и объяснила участие Украины ее большим опытом. Для европейских оборонных структур это означало бы прямой доступ к знаниям, полученным в условиях современной войны, включая опыт быстрого внедрения технологий, адаптации командных процессов и поиска решений при ограниченных ресурсах.
Отмена инициативы не означает отказа ЕС от оборонного ускорения. Европейское ведомство намерено изучить новые возможности сотрудничества со странами Евросоюза по теме оборонной политики. Источник dpa подчеркнул, что диагноз не изменился: Европа должна быстрее продвигаться в области обороны. Он также сформулировал риск стратегического промедления: в Брюсселе не хотят через несколько лет признать, что Европа была настолько сосредоточена на том, где должна оказаться в 2035 году, что упустила возможность сделать необходимое уже в 2027-м.
Для бизнеса, особенно оборонно-промышленного, технологического и инфраструктурного, эта формулировка имеет прямой смысл. Европейские компании зависят от ясности заказов, горизонтов инвестиций и управленческой предсказуемости. Если институциональный спор замедляет формирование приоритетов, цепочки поставок, производственные мощности и инвестиционные программы получают меньше определенности. В результате стратегическая цель укрепления обороноспособности может сохраняться на уровне деклараций, но отставать на уровне исполнения.
Срыв презентации экспертной группы Каллас показывает, что главный вопрос для ЕС сейчас заключается не только в том, какие именно военные пробелы нужно закрыть. Не менее важно, кто будет иметь мандат на их диагностику, кто сформирует рекомендации и через какой управленческий центр они будут превращены в решения. Пока этот контур не согласован между ключевыми правительствами, европейское оборонное ускорение будет зависеть не только от бюджета и промышленной базы, но и от способности институтов ЕС договориться о собственной роли.
