Десять лет реформ предпринимательства в Узбекистане: последствия для бизнеса

За последние десять лет предпринимательская среда в Узбекистане изменилась не за счет одной меры, а благодаря последовательной перестройке правил, институтов и механизмов взаимодействия бизнеса с государством. По оценке Vaqt.uz, в этот период были пересмотрены ключевые элементы делового режима: от регистрации компаний и покупки валюты до налоговой системы, лицензирования и правовой защиты предпринимателей.

С деловой точки зрения важнее всего то, что реформы вышли за рамки традиционного набора льгот и кредитных программ. Государство начало менять саму архитектуру отношений с частным сектором: были перенастроены контрольные механизмы, созданы новые институты защиты прав предпринимателей, а также заложены правовые основы для выхода на внешние рынки и привлечения инвестиций. Это означает, что трансформация затронула не только стоимость ведения бизнеса, но и управленческую предсказуемость для компаний.

Политический старт этим изменениям был дан после избрания Шавката Мирзиёева президентом в 2016 году, когда либерализация экономики стала одним из основных направлений государственной политики. Ее правовая база была закреплена 7 февраля 2017 года с принятием Стратегии действий на 2017–2021 годы. Второе направление этой стратегии было посвящено развитию и либерализации экономики, и именно оно стало рамкой для значительной части последующих решений в сфере предпринимательства.

С 2022 года этот курс был продолжен через стратегию развития «Новый Узбекистан». В конце 2023 года была принята стратегия «Узбекистан – 2030», определившая долгосрочные экономические и социальные цели страны. Для корпоративного сектора это важно как сигнал преемственности: государство не ограничилось разовой волной реформ, а встроило изменение деловой среды в более длинный цикл стратегического планирования.

Институты защиты и новая конфигурация отношений государства с бизнесом

Одним из наиболее показательных направлений реформ стало создание механизмов, позволяющих предпринимателю защищать свои интересы в отношениях с государственными органами. Логика властей состояла в том, что снижение налогов или расширение доступа к финансированию само по себе не меняет инвестиционный климат, если бизнес не обладает инструментами правовой защиты.

Поэтому уже на раннем этапе реформ была сформирована отдельная линия, посвященная защите прав предпринимателей. Законом O‘RQ–440 от 29 августа 2017 года при президенте был учрежден институт Уполномоченного по защите прав и законных интересов субъектов предпринимательства, то есть Бизнес-омбудсмана.

Появление института Бизнес-омбудсмана было направлено на создание отдельного механизма защиты интересов предпринимателей в отношениях с государственными органами.

Для бизнеса это решение имело системное значение: возникла специализированная точка институционального представительства, способная снижать регуляторные риски и усиливать переговорную позицию частного сектора. Далее эта конструкция последовательно донастраивалась. Указ PF–5490 от 27 июля 2018 года усовершенствовал систему защиты прав и законных интересов предпринимателей, включая меры по списанию отдельных налоговых задолженностей. Указ PF–5690 от 15 марта 2019 года был направлен на коренное совершенствование системы защиты предпринимательской деятельности и оптимизацию роли органов прокуратуры в этом процессе.

Реформы в этой сфере продолжились и позже. Указ PF–184 от 14 ноября 2024 года определил дополнительные меры по более надежной защите прав предпринимателей. В соответствии с ним с 2025 года были отменены финансовые санкции за осуществление предпринимательской деятельности без государственной регистрации юридического лица. Для делового сообщества это не просто техническая корректировка: подобные решения меняют баланс между надзором и стимулированием экономической активности.

Административное упрощение как фактор снижения издержек

Еще одним узловым направлением стала борьба с длительными и сложными административными процедурами, которые традиционно выступают скрытым налогом на бизнес. Поэтому следующий этап реформ был сосредоточен на упрощении регистрации, получения разрешений и лицензирования.

9 февраля 2017 года постановлением Кабинета министров №66 был утвержден новый порядок государственной регистрации субъектов предпринимательства. Затем указ PF–5409 от 11 апреля 2018 года был нацелен на сокращение и упрощение лицензионных и разрешительных процедур, а также на внедрение механизмов электронного взаимодействия G2G и G2B между государственными органами и бизнесом. Для компаний это означало постепенный переход от бумажной административной модели к цифровой.

В 2020 году был введен еще один важный фильтр: прежде чем вводить новые лицензируемые виды деятельности, власти обязали оценивать их влияние на бизнес. При этом предусматривалось участие Бизнес-омбудсмана и Торгово-промышленной палаты. С точки зрения корпоративного управления это попытка встроить оценку регуляторного воздействия в сам процесс принятия решений.

С 2024 года начался новый этап изменения системы лицензирования. Согласно указу PF–8, с 1 марта 2024 года были отменены 22 вида лицензий и разрешительных документов. Для двух видов деятельности был введен режим «бизнес без лицензии». В 2025 году стартовали очередные административные реформы, направленные на сокращение временных и финансовых затрат бизнеса во взаимодействии с госорганами. Согласно планам, за счет увязки систем регистрации, платформы «Лицензия», электронного архива и баз ID-карт административные расходы предпринимателей должны сократиться примерно на 90 млрд сумов, а экономия времени при взаимодействии с государственными ведомствами может составить до 15 дней.

Налоговая перестройка и изменение экономической логики

Среди реформ десятилетия одними из наиболее системных стали изменения в налоговой политике, начавшиеся в 2018 году. Были снижены налоговые ставки, объединены отдельные платежи, а значительная часть бизнеса одновременно была переведена на общеустановленную систему налогообложения. Это не только упростило деловую среду, но и изменило саму структуру налоговых отношений в экономике.

Указом PF–5468 от 29 июня 2018 года была утверждена Концепция совершенствования налоговой политики. В соответствии с ней для физических лиц была предусмотрена единая ставка налога на доходы в размере 12%. Социальные платежи также были сокращены: ставка снизилась с 25% до 12%. Для некоторых субъектов, работавших по упрощенному налоговому режиму, был установлен порядок в 15%.

С 1 января 2019 года произошла еще одна важная корректировка: сфера применения единого налогового платежа была ограничена и сохранена для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей с годовым оборотом не более 1 млрд сумов. Остальные субъекты были переведены на систему налога на добавленную стоимость и налога на прибыль. В течение 2019 года были приняты дополнительные меры по совершенствованию налогового администрирования, а с 1 января 2020 года вступил в силу Налоговый кодекс в новой редакции.

Если оценивать десятилетний цикл в деловой логике, Узбекистан последовательно переходил от точечных стимулов к более комплексной модели формирования предпринимательской среды. Для компаний это означает не только снижение отдельных барьеров, но и постепенное формирование более структурированной системы правил, где вопросы регистрации, лицензирования, налогообложения и правовой защиты рассматриваются как взаимосвязанные элементы экономической политики.